Helen (night_spell) wrote in ru_barrett,
Helen
night_spell
ru_barrett

in memoriam


"Я не могу выразить всю печаль. Сид оказал на меня огромное влияние. Несколько раз я видел его выступления в Лондоне в клубах UFO и Marquee в 60-е годы, и это навсегда сохранилось у меня в памяти. Он был настолько харизматичным и чрезвычайно оригинальным автором песен. Также, как и Энтони Ньюли, он был первым парнем, которого я услышал, певшим поп или рок с британским акцентом. Его воздействие на мышление было огромным. Больше всего жаль, что я так и не был с ним знаком. Воистину бриллиант".
Дэвид Боуи11 июля 2006   (источник - Beatles.ru)
 

ROGER   KEITH   "SYD"   BARRETT

6  
JANUARY  1946      7  JULY  2006


  

Мик Рок  ( из интервью для ВВС, 2002,  источник - RockIsland.ru ):  "У Сида был схожий с Боуи талант, очень рано развившийся талант. У него было всё. Как и Дэвид, он сочинял и пел, плюс к этому он играл на лид-гитаре и создавал собственные обложки альбомов. Он был по-настоящему оригинален.
Когда думаешь о первом альбоме Флойдов, вспоминается и первый альбом Велветов, и первый альбом Студжис. Трудно понять, что на всех них повлияло. О Дэвиде так нельзя сказать, поскольку можно заметить в его работе маленькие кусочки Лу, Игги и Сида. Он больше собиратель; собирает все влияния вместе. Но очень трудно найти какое-либо влияние в этих трех особых случаях, это как вспышка озона.
Впервые, я увидел Сида в Кембридже в 1966м, это была рождественская вечеринка в Кембриджском
колледже Искусств. Друзья рассказывали мне о Сиде и о Пинк Флойд, и было абсолютно ясно, что это группа Сида. Я никогда не видел ничего подобного. Это было совершенно беспрецедентной вещью. Если бы он обладал психической выдержкой и силой духа, он мог бы иметь карьеру, как у Дэвида [Боуи]. Но он отказался,  он знал, что мог умереть. Сид, точнее, не хотел быть живым, из-за психической болезни.
Начиная с нашего знакомства, он намекал, что покинет Пинк Флойд. Это было ясно. В одном интервью он сказал, что просто хотел подняться на сцену, попрыгать и сыграть на своей гитаре. Он не хотел быть привязан к своим хитам. Это оскорбляло его. Его героями не были поп-звезды.

                               
                 Сид Барретт,   фотограф  -  Мик Рок      ( ещё 15 фото с этой фотосессии )


Из статьи "Человек, который был Сидом"  
(отрывки из книги "Блюдце, полное секретов:  Одиссея Pink Floyd")

Сид Барретт был генератором идей непрерывного действия. Именно он нашел для "Pink Floyd" и характерное звучание, и имидж, и даже таинственное название группы. На сцене, пока "Pink Floyd" еще не отгородились от зала стеной масштабных визуальных эффектов, Барретт создавал шоу одной лишь энергией своего присутствия - бесконечными движениями рук, обернутых в саваноподобный плащ, он погружал публику в атмосферу межзвездных полетов. На пластинках группы музыка и тексты вызывали в воображении загадочный мир, населенный космическими бродягами, гномами, уродцами и единорогами английских легенд, и все это было личным вкладом Барретта. Ну и фантазия у него была...- поражался Ричард Райт много позднее. - Это был просто уникум. Да и вообще отличный парень!"
"Pink Floyd" без Сида представить трудно, однако представить, куда завел бы группу путь, на который он вступил, еще труднее. Во всяком случае, этот путь сулил ей мало перспектив. Иногда Сид был словно где-то далеко, словно его и не было здесь, но иногда он был просто невыносимым. В лондонских музыкальных кругах ходило множество историй о его чудачествах. Как-то раз "Pink Floyd" были приглашены на серию из трех выступлений в телевизионном шоу "Тор of Pop ". Для первого из них Барретт вырядился а бархатный костюм из модного магазина на Кингз-роуд. В следующий раз он явился одетый под бродягу-хиппи - выглядел он так, словно спал в одежде уже несколько недель. Зато к третьему выступлению приехал в студию в роскошной новой "тройке". Правда, выяснилось, что под мышкой он принес ворох вонючего тряпья, в которое и переоделся за несколько секунд до эфира Друзья считали, что причиной всех выходок Сида были скрытое психическое расстройство, груз огромной популярности, свалившейся на двадцатилетнего мечтателя, и, конечно, употребление ЛСД. Однако в тот момент причины волновали немногих - положение становилось критическим.
Перед одним из концертов в конце 1967 года Сид долго лепил у себя на голове громоздкое сооружение из волос. Разозленные музыканты вышли на сцену без Барретта, и это подтолкнуло его к решительным мерам. Он растолок упаковку таблеток "Мэндрекс" и, смешав их с целым тюбиком бриллиантина, вылил получившуюся смесь себе на голову. В таком виде он присоединился к выступающим коллегам, но под горячими лучами прожекторов это роскошество вскоре превратилось в оплывшую свечу. Весь вечер гитара ушедшей в себя звезды издавала единственную ноту - долгое си.
[ ... ]
6 апреля 1968 года группа объявила, что Сид Барретт больше не является членом "Pink Floyd".

Последняя искра в сумраке
Mojo  /  апрель 2006  /   Mark Sturdy
Перевод:  squonk
Источник: Pink-Floyd. ru 
[ отрывки ]
полный текст см. здесь 

В 1971 Сиду Барретту было 25 лет, и ничем особенным он не занимался. С тех пор, как годом раньше он уехал из Лондона и вновь поселился в доме своей матери в Кембридже, не было ни концертов, ни записей, ни новостей. Контакт с внешним миром был минимальным; друзья времен Pink Floyd слышали о нем или очень мало, или вовсе ничего.
Единственный старый друг, который все еще виделся с Барреттом — фотограф Мик Рок. "Люди понимали, что Сид не то, чтобы вовсе потерял нить, — говорит Рок, — но он блуждал вдали от проторенных дорог. Он был весь в самом себе и не очень-то хотел играть для публики или даже для своих друзей и приятелей. Но он все еще приезжал в Лондон. Иногда он мелькал в каком-нибудь магазине. Он еще не совсем исчез со сцены".
Весной 71-го фотограф посетил Барретта в Кембридже, чтобы взять у него интервью для Rolling Stone. "Я позвонил ему, и он сказал: "Давай, заходи". Я был его приятелем, так что тут не было ничего удивительного, и это было нетрудно. И вот в следующее воскресение я пришел и встретился с ним; Сид, его мать и моя жена – мы пили чай с пирожными. Это был не какой-нибудь разнузданный психоделический день с молодыми леди в коротких юбках, всё было пристойно". Фотографии Сида, которые Рок сделал в тот день, довольно жизнерадостные  (см. фотосессию Garden Session); само интервью показывает перелом в характере Барретта, оно представляет собой смесь причуд, самоанализа и интуиции  (интервью см. ниже). Сид говорил о желании оставаться музыкантом и о проблемах, связанных с основанием новой группы: "Никого не нахожу... Если я собираюсь играть как надо, то мне нужны действительно хорошие люди".
"Он не говорил, что он несчастлив, — подчеркивает Рок. – Он говорил, что все, что он хочет – снова оказаться на сцене и как следует там побеситься. Но это было куда труднее, чем казалось. Он хотел что-то делать; и, по-моему, трагедия была не в том, что у него не было желания, просто он все смотрел вокруг и не мог ничего найти".

Спросите тех, кто знал тогда Барретта, и услышите одни и те же повторяющиеся слова и фразы снова и снова: "хрупкий", "раздробленный", "замкнутый", "необщительный", "напряженный", "контуженый". Да, у него были проблемы; но скоро стало очевидно, что Сид Барретт образца 1972 года был далек от легендарного сумасшедшего пожирателя кислоты. Мик Рок вспоминает, что они раскурили косяк во время интервью для Rolling Stone, но он не видел, чтобы Сид принимал кислоту с 1969 года. Джек Монк не уверен, что когда-либо видел Сида за большим, чем курение травки. Он пребывал в разрушенном, интровертном состоянии, но вскоре все перестали говорить, что он болен. "Он был разный, — говорит Монк. — Помимо всего прочего он был очень хорошо известен. Он не мог находиться в комнате, чтобы кто-нибудь не вошел и не сказал: "Ух ты, это же Сид Барретт!" Надо иметь силы, чтобы с подобным справиться, а для него это было весьма трудно. Для него был настоящий праздник, когда он мог немного расслабиться. И такое, главным образом, случалось, когда он выбирался за город повидать меня и Дженни. Ему нравилось нас смешить своими каламбурами и странными наблюдениями. Но бывало и так, что он просто не мог контактировать с людьми".
"Штука в том, что он был на подъеме, весь искрился как шампанское, — объясняет Мик Рок. — Случалось, что он начинал смеяться по совершенно, совершенно непонятному поводу. Как будто кто-то пошутил, но только он это слышал. Иногда я начинал смеяться вместе с ним, потому что это было весело, хотя я и не понимал, в чем тут дело".

"Он как-то зашел повидаться со мной и с Шейлой, — вспоминает Мик Рок. — В какой-то момент я решил, что он думает затеять что-то в Лондоне. Но, кажется, это только мелькнуло у него в голове. Были только небольшие намеки. Чувствовал ли он, что у него еще остался порох в такой ситуации? Определенно да. Он не думал, что это конец пути, не говорил: "Fuck it, никогда больше не буду играть"".
В душе у него еще сохранялось желание (едва-едва), но в действительности заниматься чем-то результативным было проблемой. "В случае с Сидом не так-то просто было сложить А и Б, — говорит Рок. — Он был человеком совершенно свободным, необремененным — он мог взять и просто уйти, никаких обязательств. Что бы он ни делал, могло получиться так, а могло и иначе — у него была масса возможностей, и не было почти ни одной. Не то, чтобы он ничего не делал принципиально. Это было очень по-Гамлетовски, "быть или не быть". Он просто не мог определиться. Бывает такое время, когда мы спускаемся на самое дно колодца, в психоделическом, юнговском смысле, шарим там слегка и смотрим, что бы оттуда такого вытащить, что может пригодиться потом для творчества. Я думаю, он слишком глубоко спустился. Звучит немного безумно, я знаю, так и есть, но это не безумие с пеной у рта, низ и верх колодца просто поменялись местами. И я думаю, он просто остался там, решил, что так для него лучше".

С середины 70-х Сид Барретт исчез и больше не возвращался. "Сид живет той жизнью, которую сам выбрал, и я счастлив за него, — говорит Мик Рок. – Если его выбор — не говорить с людьми, то я уважаю это. Независимо от того факта, что было бы здорово пообщаться с ним, где бы он ни был, нужно уважать людей, которые живут собственной жизнью. Я не могу беспокоить его".
Величественное молчание Сида можно расценивать (это, конечно, спорное утверждение) как одно из его величайших артистических заявлений. "Причина, по которой он вышел из игры, безусловно связана с его инстинктом самосохранения, — говорит Рок. – Он знал, что не так привязан к жизни, как Дэвид Боуи. У него была очень необычная голова, и он знал это – он говорил это. Если ты хоть раз открыл некую дверь в сад творчества, то уже навсегда остаешься творцом. Это как быть чемпионом по боксу. Если ты победил только в одном бою и тем самым победил в чемпионате, то ты всегда будешь чемпионом".

The madcap who named Pink Floyd
Rolling Stone   /   12. 1971   /   Mick Rock
Источник  -  RockIsland.ru
эта статья на английском

ЛОНДОН - Если вы склонны верить тому, что вы слышите, а не тому, что происходит в действительности, Сид Барретт либо умер, либо сидит за решеткой, либо ведет растительный образ жизни. Но на самом деле он все еще жив, по-прежнему неоднозначен и обитает в своем родном городе Кембридже.
В 1966-67 Барретт играл на ведущей гитаре в Пинк Флойд. Он сам дал имя этой группе и сочинял большую часть музыки, включая оба их хитовых сингла. Благодаря своей потусторонней электрогитаре и сценическому имиджу, напоминающему гнома, он стал воистину культовой фигурой зарождавшегося лондонского андеграунда, только-только собиравшегося вокруг клубов UFO и Roundhouse. Флойд был клубной группой и играли обычно до зари.
От Лондона до Кембриджа - час езды на поезде. Сид мало с кем встречается. Навестить его - все равно, что вторгнуться в чей-то глубоко личный мир.
- Я исчезаю, - говорит он, - стараюсь ни с чем не сталкиваться.
Он выглядит очень напряженным, словно ему не по себе. Бледный, с впалыми щеками, в глазах читается состояние постоянного шока. Ему присуща та призрачная красота, которая обычно ассоциируется с поэтами прошлого. Волосы короткие, взлохмаченные, не чета прежним волнистым локонам. Бархатные брюки и зеленые ботинки выдают определенную привязанность к прошлому.
- Я иду по дороге, ведущей назад, - улыбается он. - В основном я просто трачу время впустую.
Он много ходит пешком.
- По восемь миль в день, - говорит он. - Должно быть заметно. Только не знаю, в чем.
- Извини, если я говорю немного бессвязно, - продолжает он. - Сложно представить, что кто-то мной интересуется. Но, знаешь ли, приятель, я абсолютно в здравом уме. - Иногда Сид отвечает непосредственно на поставленный вопрос. В основном его ответы фрагментарны, напоминают поток сознания.
- Я полон пыли и гитар, - говорит он.
- За последние два года моя работа заключалась в интервью. У меня очень хорошо получается.
На самом деле за это время Сид выпустил два альбома, продюсированных Пинк Флойд. Особенно он хвалит второй, "The Madcap Laughs". - Как картины размером с подвал. - До Пинк Флойд Барретт посещал художественный колледж. Он до сих пор рисует. Иногда безумные джунгли из жирных клякс. Иногда просто линии. Его любимая работа - белый полукруг на белом холсте.
В подвале, где он проводит большую часть времени, его окружают картины и пластинки, усилители и гитары. Здесь, под землей, он чувствует себя в безопасности. Как персонаж одной из собственных песен.
Сид говорит, что его любимый музыкант - это Хендрикс.
- Я ездил с ним на гастроли, мы с Линдси [его бывшая девушка] садились сзади, Хендрикс - спереди, и он снимал нас на камеру. Но мы с ним никогда по-настоящему не разговаривали. Так все и было. Очень вежливо. Он был лучше, чем думали люди. Но очень стеснялся своей застенчивости. Иногда сядет в гримерной с телевизором и никого не пускает.
Сид и сам славился тем, что жил за закрытыми дверьми, целыми днями отказываясь встречаться с людьми. В последние месяцы его работы с Пинк Флойд Сид часто выходил на сцену и весь концерт играл не больше двух нот.
- Хендрикс был идеальным гитаристом. Когда я был помладше, мне только этого и хотелось. Научиться играть на гитаре и скакать от радости. Но этому мешало слишком много народу. Все шло слишком медленно. Игра на гитаре. Общий темп. Я прирожденный спринтер. Проблема в том, что, поиграв несколько месяцев в группе, я так и не смог до этого додуматься.
- Если я выгляжу расстроенным, то это из-за того, что я ужасно разочаровался в работе. Дело в том, что я целый год ничего не делал, только болтал, объяснялся со всеми подряд. Но, с другой стороны, не работая, начинаешь мыслить теоретически.
Он бы хотел собрать новую группу.
- Но я никого не могу найти. Вот в чем проблема. Я не знаю, где их взять. То есть, я так думаю, что существует тот, с кем можно играть. Если я соберусь нормально играть, нужно найти по-настоящему хороших людей.
Сид выходит их подвала и поднимается в спокойную комнатку - в ней полно фотографий Сида и его семьи. Он был очаровательным ребенком. Появляется английский чай, торт и печенье. Как многие новаторы, Барретт, похоже, не получил заслуженного признания, в то время как остальные срывали куш.
- Я бы хотел разбогатеть. Иметь много денег - на материальные нужды и чтобы покупать еду для всех моих друзей.
Пока вы не ушли, я покажу вам сборник всех своих песен.
Он извлекает папку, содержащую все песни, записанные на данный момент, аккуратно напечатанные, без нот. Большинство из них хороши сами по себе. Иногда простые, лиричные, они никогда не обходятся без оттенка иронии. Иногда сюрреалистичные, полные мечтательно переплетенных образов, эхо образа мыслей, отрицающих традиционный анализ. Любимая песня Сида сейчас - "Wolfpack", напряженная, угрожающая, отдающая клаустрофобией вещь.
Сид считает, что люди, поющие собственные песни, скучны. Он в жизни не записал ни одной чужой вещи. Он достает гитару и начинает наигрывать новую версию "Love You", с "Madcap".
- Я вчера ее придумал. Мне кажется, так намного лучше. Это моя новая двенадцатиструнная гитара. Я к ней только привыкаю. Вчера ее отполировал.
Это "Йамаха". Он останавливается и переходит к обычной настройке, качая головой.
- Никогда не ощущал такую близость к гитаре, как с той серебряной, зеркальной, которую я все время использовал на сцене. Я поменял ее на черную, но никогда на ней не играл.
Сиду двадцать пять, и он беспокоится, как бы не постареть.
- Я не всегда был таким интровертом, - говорит он. - Я считаю, что молодежь должна как следует развлекаться. Но у меня почему-то не выходит. - Внезапно он показывает в окно. - Вы розы видели? Столько оттенков. - Сид говорит, что не принимает больше ЛСД, но распространяться об этом не хочет. - На самом деле, и сказать-то нечего. - Он выходит в сад и растягивается на старой деревянной скамейке. - Когда очень чем-то интересуешься, - начинает он с недоуменным видом и останавливается. - Наверное, обо мне сложно говорить. У меня очень особенная голова. И в любом случае, я не тот, кто вы думаете.
                                                       ещё одна фотосессия Сида Барретта с Миком Роком
 

                            
 
   
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments